– Вы жили вдвоем? – спросил Маркелов.

– Да.

– А ваша мать…

– Она погибла. Два года назад.

– Извините.

Короткая пауза. Только для приличия, потому что Маркелов не отступился:

– А мама ваша… Что с ней произошло?

– Погибла.

– Это я понял. Как?

– Самоубийство.

Самоубийство – это было Маркелову неинтересно. Вот если бы что-то такое, что связано с бизнесом Полининого отца… Все-таки он спросил на всякий случай:

– Причина самоубийства известна?

– Мама была больна. Неизлечимо.

Маркелов вздохнул.

– Когда вы почувствовали, что с вашим отцом что-то происходит?

– Я ничего не почувствовала.

– Совершенно?

– Да.

– И ничего не заподозрили?

– Нет.

– Даже вчера?

– А что было вчера?

– Отец отправил вас.

– Ах да! Нет, я ничего не заподозрила. Это было странно, конечно.

– Где вы провели ночь?

– У Хеджи.

– Это кто?

– Мой друг.

– Вот этот, который приехал сюда вместе с вами?

– Да.

– Вы давно знакомы?

– Несколько месяцев.

– Несколько – это сколько?

– Первого сентября мы с ним познакомились.

– Прошлого года?

– Да. Был первый день учебы. Я учусь в университете…

– В каком?

– Гуманитарном. Первого сентября мы пошли отметить начало учебного года. В кафе. Там я его увидела.

– Он был знаком с вашим отцом?

– Да.

– Вы его познакомили?

– Да.

– Как ваш отец к нему относился?

– При чем тут это?

– При том, – ответил Маркелов.

– Нормально он к нему относился.

– И спокойно вас отправлял к этому… как вы его назвали…

– Хеджи.

– Да, к Хеджи.

– Ни к кому он меня не отправлял.

– А почему?

– Ну с какой стати! – почти простонала Полина.

– Значит, отношения были не очень-то?